Чусовая, Реж и Исеть стали притоками «Угрюм-реки»

6 августа 2019, 12:58
Александр Горбатов, который играет Прохора Громова, - с сотрудниками Ассоциации "Наследие реки Чусовой" Марией Кульбицкой (слева) и Валентиной Юлдашевой. Фото: Валентина Юлдашева

Александр Горбатов, который играет Прохора Громова, - с сотрудниками Ассоциации "Наследие реки Чусовой" Марией Кульбицкой (слева) и Валентиной Юлдашевой. Фото: Валентина Юлдашева

График съёмок сериала по роману Вячеслава Шишкова сродни расписанию остановок поезда «Москва – Владивосток» ― столь же обширен, и, кажется, его придерживаются с такой же неукоснительностью. Одна только география 16-серийной киноэпопеи чего стоит: Минск, Москва, Суздаль, Кинешма… Большой блок связан и с нашим регионом: натурные съёмки прошли в Каменске-Уральском, Алапаевском и Первоуральском городских округах, а также в Полевском на территории Северского трубного завода.

«Уральский Голливуд»

Декорации для натурных съёмок возвели на реках Исеть, Реж и Чусовая. Кстати, на берегах последней Ярополк Лапшинна Свердловской киностудии снимал частично первую, четырёхсерийную экранизацию «Угрюм-реки» (1968 г.) Тогда в кадре было село Слобода, теперь – соседняя деревня Каменка. На крутом берегу издали видны древние сторожевые башни – остатки «натуры» от съёмок ещё советской поры. К этому месту неспроста прилипло название «уральский Голливуд»: здесь снимали фильмы «Семён Дежнёв» (1983), «Демидовы» (1983), «Золотая баба» (1986), «Похищение чародея» (1989), «Житие Александра Невского» (1991), «Золото» (2012).

Автор материала наведался в Каменку за месяц до начала съёмок. К тому времени декорации (на них ушло 80 кубометров пиломатериала) уже отстроили. Для этого из Ялты прибыла специальная команда киношных строителей – они работают не только в России, но также во Франции и США. Перед Ключ-Камнем разместилась резиденция Петра Громова: склады, мельница, контора, пристань с помостом для приёма груза. Аккурат под самой скалой собрали старую избу, перевезённую из посёлка Прогресс. Весь новодел – это по сути только стены: внутренние съёмки будут происходить в павильонах. Снаружи всё выглядит очень основательно и натурально, но кажущаяся простота и естественность – результат кропотливой профессиональной работы: например, мне довелось взглянуть на шесть (!) эскизов небольшого мостка через речку Каменка.

съемки киноэпопеи  «Угрюм-река»
Местным плотникам работы во время строительства декораций не нашлось: ими занималась специальная команда из Ялты. Фото: Валентина Юлдашева

Из «полицейского» – в «мужика»

Тогда же, в июле, удалось добыть координаты помощника режиссёра, отвечающего за подбор артистов массовых сцен. Хотелось не только со стороны, как на перроне, посмотреть за ходом этого киношного локомотива, а проехать в нём хотя бы одну остановку. Удалось. Правда, «коротка кольчужка» оказалась: форма полицейского была мала, и пришлось влиться в ряды «мужиков» из числа возрастных первоуральцев.

Четвёртый из шести дней, отведённых для работы на локации в деревне Каменка, режиссёр Юрий Мороз посвятил съёмкам сцены у дома Анфисы (Юлия Пересильд). Саму роковую красавицу к тому времени уже порешили, а потому основной груз «скорбных» сцен лёг на Александра Балуева, воплощающего образ Петра Громова. Актёр прилетел на один день, поэтому задействовали его по полной.

съемки киноэпопеи  «Угрюм-река»
Последние сцены у дома Анфисы. Скоро в дело вступят пиротехники и пожарные, и от избы останутся лишь обугленные стены. Фото: Дмитрий Сивков

На площадке было много узнаваемых лиц, но для далёкого от мира кино человека все они – из серии «где-то видел». Зеваки, да и массовка активно делали селфи на их фоне.

- Вы знаете, кто это? ― спрашиваю одного из счастливцев со смартфоном.

- А какая разница? ― слышу в ответ.

Разница, между тем, есть. Например, обладатель двух премий «Ника» Александр Яценко(исполнитель главной роли в фильме «Аритмия») играет приказчика Громовых Илью Сохатых (в экранизации 1968 года эту роль играл Александр Демьяненко).

- Ну чего стоите, рты разинули?! – прикрикивает Сохатых. – Забирайте, давайте, Петра Данилыча…

Это он мне и ещё трём «мужикам», стоящим поодаль от завалинки, где лежит Александр Балуев. По сюжету Громова-старшего хватил удар от того, что он увидел в трагическую ночь в окне дома Анфисы. Подходим, касаюсь плеча лежащего, и тут звучит команда: «Стоп! Снято!».

Интервью «коллеге»

В следующий раз приближаюсь к Громову-Балуеву в перерыве между съёмочными эпизодами.

Александр Балуев в роли Петра Громова, Угрюм-река
Александр Балуев уверен, что картина, в которой он исполняет роль Петра Громова, не останется незамеченной ни для него самого, ни для зрителей. Фото: Валентина Юлдашева

– Интервью для «Областной газеты» дадите?

- Для «Областной» дам. Присылайте корреспондента.

– Так уже здесь…

Приятно, что можешь удивить чем-то видавшего виды человека. Дождавшись сцены, где актёр не задействован, укрываемся под навесом от припустившего дождика.

– Александр Николаевич, у вас более ста киноролей. Как думаете, Пётр Громов будет стоять в их череде как-то наособицу?

- По крайней мере, надеюсь, она не пройдет незамеченной. Вообще, я не берусь играть, если не рассчитываю на то, что это найдёт какой-то отклик у зрителей. Не соглашаюсь на роль, не прочитав сценарий. Смотрю, есть ли там драматургия, характер, конфликт кого-то с кем-то или с обществом. В данном случае сценаристу и режиссёру Юрию Морозу всё это удалось соединить. К тому же в партнёрах у меня блестящие актёры. Так что должна получиться не проходная история, а значимая для меня и для зрителя.

– Не пересматривали перед съёмками первую экранизацию «Угрюм-реки»? Художник-постановщик говорил, что специально этого не делал, чтобы уйти от невольных повторов.

– Этот фильм смотрел давным-давно. Повторов же и так не должно быть, ведь в основе той картины лежит тема классовой борьбы, которая сегодня уже не актуальна. Не секрет, что сценарная команда кое-что додумала за романиста. Вернее, не так: вычленили из густоты событий романа то, что нужно. Сейчас, насколько знаю, акцент сделан на мелодраматическую и мистическую линии.

– Отличие уже видно. Той сцены, которую сегодня снимают, вообще не было у Лапшина. Кстати, у вашего героя прямо какой-то демонический образ. Слышал, как партнёрша сравнила вас с Распутиным

- На самом деле, характер Петра Громова от меня лично далёк. Я человек, не претендующий на превосходство над кем-либо. А здесь именно такой характер. Но играть его интересно. Что до Распутина…Если будут некоторые переплетения, ничего плохого в этом не вижу. Просто вся эта история гораздо объёмней, чем можно про это снять кино.

– Даже если оно – в 16 серий?

- Да. Потому что втиснуть весь роман – будет очень ёмко и раздёргано, в плохом смысле. Нужно вычленять основу из этого романа. Я думаю, что у Юры (Юрия Мороза. – Прим.ред.) сценарий ещё в работе, не готов окончательно финал. Непонятно, что с Петром делать, как его судьбу завершить.

– Ну, когда берёшься переписывать что-то, к этому надо быть готовым. Персонажи часто начинают вести себя непредсказуемым образом. А если уж мистика вкрадывается, то тем более… К слову, сами ничего такого не почувствовали здесь – на Чусовой?

– Нет. Может, для этого времени больше надо. Для уральцев, понятно, она имеет большее значение, чем, скажем, для жителей средней полосы. Как Волга для волжан играет колоссальную роль не в географическом и геополитическом плане, а просто как река-кормилица, с красотой окрестных мест. Что до Чусовой, то, конечно, она – исторически значимая водная артерия…

Собеседник на секунду замолкает, глядя на струю, сбегающую с тента, потом, с улыбкой, продолжает.

- Вот второй год подряд приезжаю в эти места (в 2018 году на съёмки фильма «Золото Лагина»), и каждый раз меня дождь застаёт. До этого, говорят, сухо, а как появлюсь – льёт. Вон, разверзлись хляби небесные… Может, в этом тоже что-то есть от мистики?

Актёра приглашают на площадку. С двустволкой он в очередной раз устремляется к дому Анфисы. К моросящему дождику для верности добавляют искусственного, а также отблески молний и громовые раскаты. Грянет ли киноистория семьи Громовых, как полвека назад? Поживём, как говорится, увидим.

Автор