Темы дня

Где наша Снегурочка?

  Андрей Темрюх

Продолжаем делиться с вами самыми интересными материалами участников конкурса юнкоровских изданий «СверхНовый взгляд». Победитель в номинации «Лучшее интервью» Андрей Темрюх (газета «Тинейджер», Челябинск) поговорил с социальным педагогом клуба «Эра» Екатериной Котляровой о том, чем должна заниматься школа и почему плохих детей не бывает.

Надо бы оторвать взгляд от окна. Передо мной в кресле Екатерина Александровна Котлярова, социальный педагог нашего клуба «Эра». Вроде бы отпуска у педагогов, а у Екатерины Александровны – «Трудовое лето». У меня, кстати, тоже. И пока все ребята из нашего отряда «Трудовая партия «Эра» убирают пыльные улицы, можно побольше узнать о нашем «идеологе партии», согласившемся на интервью. Солнечные лучики играют на диктофоне – знак свыше? Точно пора начинать!

– Ваш девиз?

– Любить детей. Невзирая на их социальный статус, ко всем относится одинаково, потому что каждый человек – индивидуальность.

В возрасте восемнадцати лет я пришла в «Улыбку», там работала методистом Ольга Геннадьевна Скрыпник, которую считаю своим наставником. Она многое дала, много что рассказала. Когда уходила, наказывала: «Не бросай этих детей».

Раньше по-другому система была устроена: у нас был не Центр внешкольной работы, а Центр досуга. Могли прийти дети, которые нигде не занимаются в силу разных причин; в основном из малообеспеченных, неполных, многодетных семей. Одно время к нам шесть братьев ходили – примерно погодки, почти одного возраста, заходят в клуб, раздевают друг друга, бывает, от кого-то дурно пахнет. А Ольга Геннадьевна ко всем с любовью относилась, несмотря ни на что. Они зайдут в кабинет, и с ними играют в настольные игры, проводят диагностики, рисуют. Называлось «свободное посещение».

– Как завлечь детей, чтобы они приходили в клуб, и им было не скучно?

– Предлагать то, что им интересно, вовлекать в полезные дела. У меня была история: от социальных педагогов всегда требовали, чтобы в клубе были дети, состоящие на педагогическом учёте. Наша задача была их привлечь. Ну, если просто подойти к нему: «Пойдём в клуб?» – он, естественно: «Зачем мне это надо, мне и так хорошо – гулять, общаться с друзьями во дворе».

Десять лет назад, в 2008 году, говорю ребятам, брату с сестрой, которые на учёте состояли: «Пойдёмте в клуб, у нас есть разные кружки, бисероплетение». Нет, ни в какую. Отвечают резко, бывает, закрывают двери перед тобой. И не могла никак завлечь, а потом смены трудовых отрядов начались, и они сами пришли. Мы боялись, как они работать будут, вдруг клуб разнесут (смеётся). Дети тяжёлые давят в своей среде на более беззащитных, тех, кто не может ответить. Трудно было, тем более, раньше отряды были по двадцать человек. Я сразу говорила: «Работать – работать». Тогда смена была всё лето, все три месяца, и, главное, брат с сестрой работали всё лето. Потом я этой девочке доверила пост командира отряда. Она почувствовала ответственность, стала по-другому общаться с детьми; помогала мне как руководителю. А потом в течение учебного года она стала ходить в клуб на бисероплетение. Я считаю, тут где-то и моя заслуга в этом есть. Кто-то бы сказал: «Вот зачем они? Надо брать из хороших семей». А дай шанс, они откликнутся и раскроют себя. Моя задача – в каждом случае, даже отрицательном, находить лучшие стороны. Потому что плохих детей не бывает.

– Вы как-то продолжаете работать с подростками после трудовой смены?

– Многие подростки по несколько лет работают в трудовых отрядах, а весь учебный год никуда толком не ходят. Возникла идея создать на базе клуба «Эры» объединение «Шанс» – клуб общения для подростков. И те, кто был у меня летом, в течение года с удовольствием посещали разные мероприятия, просто беседы или конкурсно-игровые программы и чаепития. «Шанс» работал, и программа написана, первое место по области заняла, её в сборник поместили. Правда, жаль, что не всегда получается работать «рук не покладая, без сна и отдыха»: два раза в декрет я уходила – рождение сына, потом дочери.

– Почему вы пошли именно на социального педагога? Вас кто-то вдохновил на это?

– В институте нам дали задание сделать доклад про интересного педагога. И я чисто интуитивно выбрала Януша Корчака. Меня тогда так впечатлила его история, я её так прочувствовала, что меня все студенты даже слушали, не отвлекаясь.

– Вы считаете, что школа должна больше социализировать или давать знания?

– Социализировать, я считаю. Но это должно идти вместе с получением знаний. Школа обязана давать ответ на вопрос: как жить в социуме, адаптировать ко всем явлениям. Педагог должен не только учить. А если социальный педагог в школе хороший, он может создавать различные кружки, чтобы дети с интересом в школу ходили. Для многих же так: «Ууу, опять школа…». У меня в этом плане сложилось по-другому: и захватывающая внеурочная жизнь, и общение, и лучший класс, и учитель. Мы до сих пор встречаемся, в ноябре 2017-го уже двадцать лет как. И через Интернет, социальные сети стараемся поддерживать связь.

– Вы – ветеран трудовых отрядов, с чего всё начиналось?

– В 2000-м появились трудовые отряды, молодёжная биржа труда. Тогда на Центр по двадцать человек давали набрать, всего по пять человек в каждом клубе. Потом с 2003-го именно для уборки городской территории ввели полноценные отряды. Выдавали жёлтые футболки и зелёные кепки. Находились в отряде до четырёх часов: трудились до двенадцати, потом обед в школьной столовой, а после ежедневно досуговая программа. До сих пор вспоминают, как нравилось, никто не рвался домой.

В 2005-м появились такие же трудовые отряды от «Макфы». В жёлтых футболках и красных кепках, их ещё «макфята» называли. Потом уже объединили «макфят» и отряды главы города, сменили цвет на синий.

В 2006-м стали конкурсы проводить на «Лучший трудовой отряд», журналистский «Срочно в номер» и т.д. Интересно, когда детям можно посоревноваться, проявить себя в чём-то. При подготовке нужно проявить креативность, творческий подход. Но главное – это совместная работа педагога и детей. Когда реально работаешь с детьми, они идут за тобой, действительно хотят тебе помогать. Всё только начиналось – тогда мы сидели со Светланой Маратовной, писали портфолио отряда. Сейчас не так, хотя многие до сих пор именно так делают. «Мне надо вас вывести», «Я за вас всё делаю». Ну, не знаю. Классно, когда дети сами включаются в процесс, становятся участниками. Пишут дневники, систему самоуправления. На моей практике четыре раза отряд занимал первое место.

В 2008-м, 2010-м приходилось клеить на каждый подъезд объявления о наборе в трудовой отряд. Пойди набери двадцать человек, когда ещё пять отрядов в районе. А сейчас они стремятся к нам, в отряд ЦВР. Начинают в марте-апреле звонить, напоминать о себе. Конечно, ещё и количество отрядов сократилось.

– А какие у вас были трудности, когда начинали?

Любовь Николаевна Каюмова, наш директор, вспоминает, как подростки, состоящие на учёте, хотели называть меня Катей. Я, помню, вообще боялась. Думала: «Как я буду с ними работать?». Ночи не спала.

Мероприятие новогоднее в «Улыбке» проходило, а мне тогда – восемнадцать лет. Автоматически сделали Снегурочкой. А тогда как раз зимняя смена трудового отряда началась. Выходили всего на два часа. Убирали детские сады, площадки, вокруг филармонии территорию чистили. Приходят на запись в отряд: «Где наша Снегурочка?». Поняла, что они не будут меня обижать. Мы с ними тогда хорошо потрудились. Хотели называть Катя, я им тогда сказала: «Если так хочется – только после смены».

– Самый запомнившийся случай из вашей практики?

– Было время, когда мы ходили по квартирам, посещали проблемные семьи. Нужно было составить акт обследования. Я ходила с социальным педагогом школы. Когда тяжёлая ситуация, не открывают или просто страшно прийти, брали участкового. Приходишь – родитель пьёт, а ребёнка дома днями не бывает. Заходишь, а по полу тараканы-тараканы. И в четырёхкомнатной квартире в каждой комнате – семья.

Собственно, была такая неполная семья, в ней двое деток: братик с сестрой. Сестра была старше, около десяти лет, младшему – семь. Мать пила и не занималась воспитанием вообще. Дети предоставлены сами себе. Неухожены, плохо одеты. Дома вообще никакого ремонта, беспорядок, бутылки валяются. Конечно, всегда хочется оставить с родителями, но тут… Был составлен акт, детей из семьи изъяли и поместили в социально-реабилитационный центр. Дети при этом хорошие, добрые. И это был единственный реальный случай в практике, когда мать пересмотрела свои взгляды, бросила пить, закодировалась, сделала ремонт, то есть показала своими поступками, что действительно изменилась. Потом детей вернули, и не было больше никаких неприятных случаев с этой семьёй. Благодаря в том числе нашей социально-педагогической работе всё хорошо закончилось.

– Чему вы научились за годы работы с детьми?

– Открытости, быть с ними на одной волне. Моё кредо педагогическое, как я работаю с детьми: нужно быть советчиком, товарищем. Я люблю с ними пошутить. Ребёнок приходит и думает: «Учитель должен быть строгий», а тут другое общение. Быть на равных, оставаясь за спиной в позиции неформального лидера, организатора, советчика, который ведёт за собой.

  • Опубликовано в №098 от 07.06.2019 
Областная газета Свердловской области
.