Темы дня

Дело Сергея Фургала

Агафонов Евгений Михайлович

Евгений Агафонов поделился своим мнением об аресте бывшего губернатора Хабаровского края. Фото: Галина Соловьева

Наш собеседник — председатель совета ветеранов следственного управления Следственного комитета России по Свердловской области, эксперт-консультант Общественной палаты региона по юридическим вопросам старший советник юстиции в отставке Евгений АГАФОНОВ.

– Евгений Михайлович, общественность нашей страны была буквально взбудоражена арестом и последующим отстранением от должности теперь уже бывшего губернатора Хабаровского края Сергея Фургала по обвинению в преступлении, совершённом 15 лет назад. Насколько правомерен этот арест? Ведь в Уголовном кодексе РФ есть понятие о прекращении дел в связи с истечением срока давности.

– Срок давности определяется той мерой наказания, которая предусматривается за совершение конкретного деяния. Согласно части 1 статьи 78 УК РФ, лицо, совершившее преступление небольшой тяжести, освобождается от уголовной ответственности по прошествии двух лет после его совершения, преступление средней тяжести — через шесть лет, тяжкое — через десять, а совершившее особо тяжкое преступление — через 15 лет. Умышленное убийство — это особо тяжкое преступление и, согласно статье 105 УК РФ, наказанием за него может быть и пожизненное заключение, и смертная казнь, которая у нас, кстати, пока не отменена, на неё только наложен мораторий, и Президент страны в любой момент может этот мораторий отменить.

– Так ведь преступление, из-за причастности к которому арестован Фургал, совершено ещё в 2005 году…

– Да, в случае с бывшим губернатором Хабаровского края, как официально сообщает СК РФ, следствие установило факт его причастности к особо тяжким преступлениям, совершённым около 15 лет назад. Но, согласно части 4 статьи 78 УК РФ, вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом. Причём, если суд не сочтёт возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь или пожизненное лишение свободы к этому лицу не применяется. То есть в случае с Фургалом, если будет доказана его вина в совершении преступления, караемого смертной казнью или пожизненным заключением, суд может его приговорить к 15 годам или иному большому сроку лишения свободы, но не к пожизненному. А арест его вполне правомерен.

– А если его вина не будет доказана?

– Я уверен, что Следственный комитет РФ, принимая решение о возбуждении дела против лица, занимавшего столь высокий пост в структуре государственной власти, проверил и перепроверил всё что можно, проконсультировался и переконсультировался со всеми признанными корифеями юриспруденции и заручился мнением суда. Наверняка у следствия есть неопровержимые доказательства, которые позволяют ему спокойно и уверенно выйти с этими материалами на любой уровень судебной власти. И никакие пикеты, митинги и демонстрации не могут никак повлиять на это. Конечно, с точки зрения квалификации дела, мы с вами не можем сейчас объективно говорить о полноте, всесторонности и объективности исследования всех обстоятельств, доказанности и квалифицирующих признаках совершённого деяния. Но уже известно, что убийство совершено при переделе криминальными группировками сфер влияния, а это в любом случае — квалифицирующий признак, который пойдёт не в пользу Фургала. Весьма характерна и позиция партии, к которой он принадлежал. Напомню, что председатель ЛДПР Владимир Жириновский— юрист, причём юрист старой школы, который знает, что такое допустимость, относимость, доказанность. Если бы в этом деле было что-то не совсем правомерное, скандал был бы очень громкий, Владимир Вольфович не преминул бы его устроить. Но как юрист он понимает, что закон есть закон. Я, например, — государственник, но всю жизнь служил государству строго по букве и духу закона, не обращая внимания на политические экивоки, работал. Уверен, что и в ведомстве Александра Бастрыкина,председателя СК РФ, сегодня работают столь же принципиальные и профессионально подготовленные люди, которые руководствуются не симпатиями и антипатиями к тем, чьи дела ведут, а просто называют вещи своими именами, как говорится.

– Мы всё о Следственном комитете, а такое понятие, как санкция прокурора на арест человека, у нас есть?

– Люди, пришедшие к власти в нашей стране в 1990-е годы, сделали всё, чтобы устранить прокурора от участия в уголовном процессе. Прокурора сегодня только уведомляют о возбуждении уголовного дела, а уже потом он утверждает своей подписью обвинительное заключение. Понятия же санкции прокурора (в том числе на арест) с введением нового Уголовно-процессуального кодекса уже нет. Но и Следственный комитет никого не арестовывает. Под стражу может заключить человека только суд. Вот задержание — это процессуальное право следователя. Он либо задерживает подозреваемого прямо у себя в кабинете, либо, как в случае с Фургалом, выписывает документ, на основании которого его задерживают оперативные сотрудники МВД и доставляют в изолятор временного задержания, где проходит процедура его принятия, включающая медицинское освидетельствование с составлением соответствующего протокола, в котором указывается, в каком состоянии доставлен человек. Далее документы следствия передаются в суд, который может принять разные решения. Например, в нашумевшем недавно случае со смертельным ДТП, устроенном артистом Михаилом Ефремовым, было принято решение о его домашнем аресте. В других случаях суд ограничивается подпиской о невыезде, освобождением из-под стражи под залог. В случае же с Фургалом суд рассмотрел представленные следствием документы о его причастности к совершению преступления, после чего принял самое строгое из возможных – решение о заключении его под стражу.

– Вы говорите о документах о причастности Фургала к преступлению. То есть он арестован как причастный, но пока ещё не обвиняемый?

– Почему же? Все сроки пребывания Фургала под стражей без предъявления ему обвинения прошли, а он тем не менее содержится под арестом, значит, обвинение против него уже выдвинуто. Предметно на эту тему мы с вами говорить не можем, поскольку у нас ведь нет тех материалов, которые следствие представило суду, положило в основу обвинения. Но если суд принял решение о заключении Фургала под стражу, значит, все основания для этого в деле есть.

– И всё же, человек арестован на основании чьих-то показаний, в вину ему вменяется причастность к преступлению 15-летней давности… Насколько правомерно было отстранять его от должности до вынесения приговора? А если это оговор и его оправдают?

– Вы обижаете очень многих людей. Что значит «на основании чьих-то показаний»? Это было выверенное решение, с чего мы с вами, собственно, и начали сегодняшний разговор. Наверняка следствие собрало солидную и убедительную базу доказательств, которые даже Президента России Владимира Путинаубедили в необходимости принятия решения об отстранении фигуранта этого дела от должности в связи с утратой доверия. Уверен, что это уголовное дело пройдёт без сучка и задоринки и оправдательного приговора точно не будет.

– Но почему это дело всплыло только сейчас?

– Разные могут быть обстоятельства. Могу предположить, что в основу материалов, которые стали основанием для ареста Фургала, легли последние достижения науки. Например, там упоминается карабин «Сайга». Может быть, с использованием новейших методов только сейчас обнаружили потожировые следы стрелявшего из этого оружия? Или что-то ещё вещественное выявилось, кроме словесных показаний.

– Людей смущает и то, что хотя преступления совершены в Хабаровском крае, дело рассматривают в Москве.

– Расследоваться дело может где угодно. Но будь моя воля, для объективности, полноты и всесторонности расследования дела я бы передал его из Москвы в какую-то другую территорию. Потому что москвичам надо учитывать мнение хабаровчан, а хабаровчанам – мнение москвичей… Я бы рискнул принять решение о рассмотрении дела в Хабаровском краевом суде. Но решение в данном случае принимаю не я.

КСТАТИ

На встречу в редакцию «ОГ» ветеран пришёл с изданным в 2018 году издательством «Коммерсант» и компанией «Сима-Ленд» большим иллюстрированным сборником документальных рассказов и очерков под названием «Ловцы банд. Место встречи…». Речь в книге идёт о расследовании громких преступлений, совершённых участниками печально знаменитых преступных сообществ и банд, орудовавших в Свердловской области в 1990-е и начале 2000-х годов. Евгений Агафонов, возглавлявший в те времена отдел областной прокуратуры по расследованию умышленных убийств и бандитизма, не исключает возможности возбуждения уголовных дел против некоторых оставшихся безнаказанными бывших членов тех канувших в Лету банд. В качестве примера он привёл раскрытие в этом году, благодаря использованию свердловскими сотрудниками СКР новейших достижений науки, дела о жестоком убийстве женщины и двоих её детей, произошедшем в Екатеринбурге более 15 лет назад.

Агафонов Евгений Михайлович, председатель Совета ветеранов при следственном управлении СКР по Свердловской области.
Фото: Галина Соловьева
Агафонов Евгений Михайлович, председатель Совета ветеранов при следственном управлении СКР по Свердловской области.
В редакцию Евгений Михайлович пришёл со сборником документальных рассказов и очерков «Ловцы банд. Место встречи…» Фото: Галина Соловьева

ДОСЬЕ «ОГ»

Евгений Михайлович АГАФОНОВ родился 15 августа 1955 года в Казахстане. В 1980 году окончил Свердловский юридический институт и был направлен на работу в Свердловск-45 (ныне ЗАТО Лесной) на должность следователя прокуратуры в ИТК, а через год был переведён в городскую прокуратуру Сысерти. С 1982 года проходил службу в следственном отделе прокуратуры Свердловской области, где расследовал особо сложные дела по убийствам, совершённым в условиях неочевидности, а также связанным с оргпреступностью и коррупцией. В 1993 году был назначен на должность помощника прокурора области – начальника отдела по расследованию умышленных убийств и бандитизма. Вышел в отставку в 2002 году.

Подготовлено в соответствии с критериями, утверждёнными приказом Департамента информационной политики Свердловской области от 09.01.2018 №1 «Об утверждении критериев отнесения информационных материалов, публикуемых государственными учреждениями Свердловской области, в отношении которых функции и полномочия учредителя осуществляет Департамент информационной политики Свердловской области, к социально значимой информации».

Агафонов Евгений Михайлович, председатель Совета ветеранов при следственном управлении СКР по Свердловской области.
На снимке в книге – сотрудники отдела по расследованию умышленных убийств и бандитизма. Третий справа в первом ряду – начальник отдела Евгений Агафонов Фото: Галина Соловьева
  • Опубликовано в №143 от 07.08.2020 
Областная газета Свердловской области