Темы дня

«Этот день я не забуду никогда…»

  Наталья Дюрягина
Санинструктор перевязывает раненого, 1945 год

Великая Отечественная война, 1945 год. Санинструктор перевязывает раненого. Фото: Ольга Ландер/ ТАСС

День Победы — безусловно, самый долгожданный и памятный день в жизни тех, кто прошёл Великую Отечественную, воевал на фронте, трудился в тылу, познал все тяготы военного времени… И всё же, отвечая на вопрос «Какой день войны вам запомнился больше всего?», наши ветераны вспоминают не только о счастливой победе. Они рассказывают истории, которые до сих пор помнят в мельчайших подробностях. Это может быть день, несколько часов или одно мгновение, которые разделили военные будни на «до» и «после»…

Татьяна Викторовна ВАЛЯЕВА, 96 лет:

— Два фронтовых эпизода я не забуду никогда. На Воронежском фронте меня назначили младшей медсестрой, в первое время я только регистрировала поступающих раненых в медсанбате. И неожиданно стала свидетельницей небывалого случая. Прибежал человек и распорядился срочно покинуть палатки, вывести и вынести раненых на безопасное расстояние. Началась суета. Оказалось, к нам доставили бойца, в плечо которому попала мина и там застряла, не разорвалась. Разорваться она могла в любой момент. В одной из палаток раненый и хирург остались вдвоём, и, рискуя собственной жизнью, хирург благополучно извлёк мину, спас бойцу жизнь.

И ещё один эпизод помню всю жизнь. В конце зимы 1943 года нас перебросили на Ленинградский фронт. Попасть в Ленинград мы могли только по Дороге жизни — через Ладожское озеро. Лёд был уже тонкий. Мы всю ночь шли пешком, и каждую минуту была опасность провалиться под лёд. Всем строго наказали двигаться на определённом расстоянии друг от друга, чтобы не создавать большую нагрузку на лёд. А мы с моей старшей сестрой Шурой, не послушавшись, шли взявшись за руки. Решили, если уж утонем, то вместе. Когда забрезжил рассвет, мы добрались до берега и повалились в снег. Измученные и счастливые оттого, что дошли. С Шурой мы, не расставаясь, дошли до Германии…

Никандр Дмитриевич Кузнецов, 94 года:

— Помню свой первый бой: такой огонь стоял вокруг, что подняться было нельзя. И помню последний. Из нашего взвода осталось всего два человека…

Любовь Григорьевна АДАМОВА, 94 года:

— Самый памятный день войны для меня был летом 1942 года — день, когда пришли сводки о первых успешных боях под Сталинградом. Я в то лето закончила первый курс факультета журналистики УрГУ и проходила практику в арамильской районной газете. Газету мы делали вдвоём ещё с одним журналистом. Время было голодное, мы, тыл, всё отдавали на фронт. А в Арамильском районе очень хорошо было поставлено сельское хозяйство, и колхозы разводили кроликов. Кролики едят только траву и сено и очень удобны в выращивании. И вот я в тот день должна была собрать информацию о крольчатниках — отправилась по сёлам и деревням пешком. Сижу в этом крольчатнике — вдруг по радио через громкоговоритель передают военную сводку. И слышу — сообщают об успешных битвах за Сталинград. Это была первая так здорово обнадёжившая сводка о войне! Я из этого крольчатника, кажется, бегом в редакцию бежала. И мы вместе с коллегой сели писать передовицу. У нас тогда была постоянная рубрика — «Сталинградская битва». Надежда на Победу в этот день окрепла и окрылила нас.

Елизавета Григорьевна СМОЛЕНЦЕВА, 97 лет:

— В 1945 году я служила медсестрой. Помню, у нас были большие трудности с водой. Её привозили в деревянных бочках за сотни километров, но до нас она часто не доходила. Иной раз вытаскиваешь раненого с передовой, он просит воды, а мне и подать нечего… Разве забудешь такое? Мы потом долго воды напиться не могли и берегли её, воду…

Олег Борисович РУДЗИНСКИЙ, 79 лет:

— Я родился в Ленинграде. Никогда не забуду, как нас эвакуировали из блокадного города, хотя мне было всего около пяти лет. Шёл июль 1943 года. Наша семья и другие люди с чемоданами ехали в кузове пыльного грузовика. Машина остановилась на берегу Ладожского озера, где стояли два катера. Мы все погрузились туда и продолжили путь. И тут в небе закружили немецкие самолёты, вниз полетели снаряды. На наших глазах второй катер взорвался и затонул, а наш уцелел и благополучно дошёл до берега… А потом были долгие мытарства в товарном эшелоне: спали мы на деревянных настилах, на станциях, где останавливался поезд, взрослые предлагали свои вещи местным жителям в обмен на хлеб и картошку. Никогда не забуду день, когда мы прибыли на станцию Рысь в Узбекистане. Там знали, что едут блокадники, и приготовились к встрече. Вдоль перрона стояли столы, а на них — хлеб и миски с супом. Наголодавшиеся люди с жадностью ели, а их предупреждали, что сразу много есть нельзя. Но есть очень хотелось…

Сергей Иванович ВОРОБЬЁВ, 92 года:

— Самым памятным днём на фронте было для меня 10 июня 1943 года, когда прямо с эшелона нас направили в прифронтовой город Козельск, где я впервые увидел войну. Несколько месяцев там шли тяжёлые бои, в городе не осталось ни одного целого здания, всё было разрушено. Мы шли маршем через город, а вокруг — печные трубы на месте сгоревших домов… Впервые тогда увидел мёртвых немецких солдат, мы их обходили, перешагивали и шли вперёд.

Всего за полгода до этого меня призвали в армию — мне только исполнилось 17 лет. В наступлении 24 августа 1943 года меня тяжело ранило, в трёх госпиталях лечили и как не годного к службе отправили домой. Так в 17 для меня началась и закончилась война.

Евгений Васильевич Свищев, 93 года:

— Ничего не говоря, нас повезли в район Сталинграда, где уже шла перестрелка насмерть. Наш миномётный дивизион выехал в поле, и артиллерия начала так бабахать, что за ночь все буквально оглохли. Это была первая артподготовка по неприятелю, которую мне пришлось испытать.Я из того рокового боя вышел невредимым, но потерял много близких товарищей…

Николай Кириллович Курячий, 93 года:

— Не забуду, как мы отстояли Ростов. Четыре ночи без сна. И только хотели отдохнуть, как через пару часов нас подняли отражать повторное нападение. Едва держишься на ногах, но идёшь… Мы думали, что до нашей Ростовской области немцы не скоро дойдут, но мы ошибались…

Сергей Петрович СМЕТАНИН, 95 лет:

— В юности я так хотел летать — небо, самолёты… Но судьба сделала танкистом, и практически всю войну я видел через броневую щель. Большая крымская кампания, Белоруссия, Прибалтика, Дальний Восток — где только не был за время войны. Вся моя жизнь свелась в ходовую часть, трансмиссию и двигатель… И весть о Победе — самый памятный день — она была как долгожданный глоток свежего воздуха. Это было в восьмом гвардейском тяжёлом танковом полку в Румынии, я дежурил и получил звонок из штаба с приказом объявить новость составу. Командир вышел ко мне в одной рубахе и без сапог, а я три раза выстрелил в небо, и полк подумал, что я сошёл с ума. Мы предчувствовали этот момент, но всё равно не могли поверить в счастье окончания войны…

  • Опубликовано в №78 от 08.05.2018

Сюжет

«Старшее поколение»
Об активной жизни людей предпенсионного и пенсионного возраста.

Областная газета Свердловской области
.