Темы дня

Революция длиною в жизнь

На могиле национального героя Кубы Хосе Марти в городе Сантьяго-де-Куба смена почётного  караула происходит каждые полчаса. Фото Василия Вохмина

На могиле национального героя Кубы Хосе Марти в городе Сантьяго-де-Куба смена почётного караула происходит каждые полчаса. Фото Василия Вохмина

  • Опубликовано в №208-209 от 14.05.2013

Так восторженно Свердловск не встречал никого из своих гостей.

Многотысячные толпы на улицах. Крыши и деревья, превратившиеся в наблюдательные посты. И приветственные возгласы, волнами перетекающие от квартала к кварталу: «Вива Куба!», «Вива Фидель!».

«Мне очень нравится здесь»

Прошло 50 лет. Но об этом событии и сейчас хорошо помнят тысячи горожан, для которых триумфальный проезд кубинского лидера по свердловским улицам остаётся одним из ярких впечатлений жизни. Вряд ли через полвека так же будет вспоминаться саммит ШОС или что-либо ещё из современной истории города.

Сибирский тракт, улица Луначарского, проспект Ленина, площадь перед УПИ... Улицы Карла Либкнехта, Свердлова, Челюскинцев, площадь Коммунаров и вновь – проспект Ленина... Маршрут Фиделя Кастро 13 мая 1963 года можно восстановить по старым газетным отчётам. На следующий день, 14 мая, кубинский гость отправился на Уралмаш, и вновь путь его кортежа пролегал сквозь сплошной людской коридор.

Моя тётка, работавшая на Эльмаше учительницей, вспоминала, как в те дни опустели школьные классы. А на этой газетной странице вы видите любительский снимок, сделанный моим тестем, которому тогда шёл восемнадцатый год и который оказался в толпе на перекрёстке Сибирского тракта и улицы Восточной. Я не сомневаюсь, что подобные фотографии найдутся в архивах не одной екатеринбургской семьи.

13 мая 1963 года. Свердловск. Это любительское фото сделано на перекрестке Сибирского тракта и улицы Восточной. Фото: Борис Соковнин

...По свидетельству газетчиков, во время знакомства с заводом заводов Кастро не раз повторял: «Мне очень нравится здесь, очень!».

–Мы с вами посмотрели только десятую часть предприятия, – заметил на пути к проходной директор Уралмаша В.Кротов. – К нам надо приезжать дней на десять. Тогда можно по-настоящему ознакомиться с заводом.

–Десять? – переспросил Фидель. – Думаю, и этого срока будет недостаточно.

А потом был грандиозный митинг советско-кубинской дружбы. Считается, что огромную площадь Первой пятилетки заполнили не менее ста тысяч человек. Долго не смолкала овация, когда к микрофону подошёл Фидель Кастро.

–Для нас время пребывания в городе – это минуты незабываемых волнений, – признался вождь кубинской революции. – Вчера почти всё население Свердловска выражало симпатии кубинскому народу.

Произнеся страстную речь и выразив благодарность уральским рабочим за выполнение заказов для Кубы, уже собираясь закончить выступление, он сделал паузу:

–Мне только что сообщили, что эта встреча транслируется по радио. В нашей далёкой маленькой стране слышат сейчас этот митинг. И я хочу сказать всем кубинцам, что эта площадь, заполненная народом, очень напоминает наши митинги на площади Революции в Гаване.

Короли переворотов

Площадь Революции – обязательный пункт программы всех туристов, посещающих кубинскую столицу. Именно здесь 8 января 1959 года Фидель произносил свою речь победителя, когда на плечо ему опустился белый голубь. Именно здесь кубинский лидер много раз обращался к народу, превращая многотысячные митинги в своеобразный референдум в свою поддержку. Утверждают, что это пространство способно вместить не менее миллиона человек.

...Архитектура кубинской столицы несёт на себе печать не только колониальной эпохи, но и середины ХХ века. Высотный отель «Хилтон», в одном из номеров которого Фидель Кастро жил сразу после революции, построен во времена его одиозного предшественника. Уникальное инженерное сооружение – тоннель под гаванским заливом – также был детищем Батисты.

Но площадь Революции! Её-то застраивали уже в новые времена? Увы... Оказывается, всё, что я здесь увидел, также появилось в эпоху диктатуры. И даже знаменитое здание, весь фасад которого теперь занимает портрет Че Гевары, не является исключением.

Ну а символ кубинской столицы – гигантский монумент Хосе Марти? Эта оригинальная 109-метровая башня возведена не просто до революции. «Ставленник США» лично отбирал проект памятника, на фоне которого в течение почти полувека Фидель затем произносил свои речи.

На Кубе вам обязательно расскажут, что ещё в середине прошлого века в стране было 183 тысячи единиц автотранспорта и по уровню автомобилизации населения остров занимал третье место в мире. Но ни один гид не станет упирать на то, что такого успеха добился свергнутый режим. Те самые «шевроле», «форды» и «бьюики», кстати, до сих пор сильно выручают кубинцев, создав Кубе репутацию заповедника старинных автомобилей.

Узкие одноэтажные улочки и гоняющие мяч мальчишки... Такие снимки можно делать в любом кубинском городке. Фото Василия Вохмина. 

При Батисте, действительно, безработица достигла 30 процентов, немалая часть населения влачила нищенское существование, а экономику контролировали американские монополии. При Кастро Куба – и это чистая правда – стала страной всеобщей грамотности, достижения её медицины получили мировое признание, а по продолжительности жизни и уровню детской смертности эта карибская страна не уступает Канаде. И, конечно же, при Фиделе построено также немало знаковых сооружений.

Однако действительность, как всегда, богаче любых чёрно-белых картинок. Режим Батисты войдёт в кубинскую историю не только запредельным уровнем коррупции или связями с американской мафией. Революционное правительство запомнится не только бесплатными образованием и здравоохранением, но и товарным дефицитом и бегством сотен тысяч людей с острова в поисках лучшей жизни.

Куба заслуженно гордится созданной после революции системой бесплатного среднего образования. Фото Василия Вохмина.

Два наиболее ярких лица, два антипода кубинской политики ХХ века схожи в одном: своих целей они достигали в основном силовыми средствами. Фульхенсио Батиста возглавил знаменитый «переворот сержантов» в 1933 году, а в 1952-м, поняв, что президентских выборов ему не выиграть, отстранил тогдашнего главу государства от власти. Фидель Кастро начал свою борьбу штурмом казарм Монкада, а закончил масштабной партизанской войной.

И совсем не случайно бойцы Фиделя 26 июля 1953 года направлялись на штурм казарм Монкада именно в сержантской форме...

Головой об стену

Сантьяго-де-Куба – второй по величине город на острове. А расположенные здесь казармы Монкада некогда были второй по величине крепостью на Кубе.

Выбоины на стене казарм Монкада... Считается, что выстрелы из охотничьих ружей, которыми были вооружены бойцы Фиделя, не могли оставить подобных отметин. Утверждают, что они – дело рук пропагандистов Батисты, которые решили показать миру последствия атаки революционеров. Однако выбоины остаются в неприкосновенности уже 60-й год... Фото Василия Вохмина. 

Маршрут моего недавнего путешествия дважды пролегал через Сантьяго. И я не раз возвращался к этим мощным сооружениям, занимающим большой квартал на пологом холме в центре города. А можно ли было вообще нескольким десяткам революционеров овладеть этим военным бастионом?

...Проспект Гарсон, по которому машины с повстанцами на рассвете 26 июля 1953 года неслись к цели. Поворот на боковую улицу – и справа остаётся трёхэтажный Дворец правосудия, а слева – здание госпиталя. Первый объект должна была взять небольшая группа, в которую входил Рауль Кастро, второй – отряд Абеля Сантамария. Они со своими задачами справились, а вот Фидель Кастро с основной частью нападавших натолкнулся на неожиданное препятствие.

Метров 60 до въезда в казармы. Наверное, где-то здесь будущий лидер революции останавливает свой автомобиль, чтобы нейтрализовать находящийся на тротуаре пеший патруль. Двое солдат, не видя Фиделя, целятся вперёд, в сторону КПП, которым уже тихо пытается овладеть передовая группа.

Кто-то из сподвижников Кастро стреляет в патрульных. Начинается беспорядочная пальба. В казармах взвывает сирена тревоги. Бой, который по всем планам должен был начаться на территории гарнизона, завязывается за пределами крепости. И хотя передовой группе удаётся проникнуть в казармы, атака обречена...

Не раз и не два в самых разных интервью Фидель возвращался к тем мгновениям. Смысл его упрёков самому себе сводится к следующему: «Надо было ехать дальше, не обращая внимания на этих часовых. Если бы патрульные увидели проносящиеся друг за другом машины, стрелять они бы не стали».

Конспирация сыграла с будущим команданте злую шутку. Даже его брат Рауль до последнего момента не догадывался, какой объект предстоит атаковать. Большинство революционеров увидели друг друга за считанные часы до штурма, а в городе Сантьяго-де-Куба, возле казарм Монкада, вообще оказались впервые. В довершение ко всему прямо у ворот Монкады один из автомобилей повстанцев столкнулся с машиной Фиделя. А одна из групп по пути к крепости вообще заблудилась в городе.

–Захватить казармы с горсткой людей, когда гарнизон спит, можно, – рассуждал Фидель Кастро в обширном (объёмом в толстый том) интервью журналисту Игнасио Рамоне. – Однако нельзя занять казармы после того, как более тысячи человек проснулись и вооружились до зубов.

Ну а даже если бы огромная крепость была захвачена? За время своей долгой жизни Фидель Кастро много раз доказывал, что ему под силу невозможное. Но всерьёз рассчитывать на хаос в рядах врага в ответ на новый «переворот сержантов»? Уповать на радиообращение к народу и поддержку масс? На захваченное оружие? После 26 июля режим Батисты просуществовал ещё пять лет, пять месяцев и пять дней.

Анализ деталей штурма Монкады и допущенных при этом просчётов, конечно, представляет интерес. Но мне кажется, ещё интереснее комментарий к этому событию Игнасио Раско, который учился с Фиделем Кастро и в колледже, и в гаванском университете.

«Помню, – рассказывал он, – как Фидель поспорил на пять долларов с другим студентом, который его спровоцировал, что на полной скорости въедет на велосипеде головой в стену в школьном коридоре. Он въехал и без сознания попал в больницу. Но пять долларов выиграл. Я всегда смотрю на этот дурацкий случай как на репетицию нападения на Монкаду».

В случае с Монкадой, правда, выигрышем были не пять долларов, а всекубинская (и даже международная) известность и репутация бесстрашного борца с диктатурой. Карьера Фиделя Кастро как общенационального лидера берёт начало именно 26 июля 1953 года.

Сейчас на перекрёстке у въезда в бывшую крепость толпятся туристы. Именно здесь, осознав поражение, Фидель Кастро приказал своим соратникам отступать. А едва машины отъехали, понял, что... остался посреди улицы совсем один. Из крепости по-прежнему стреляли. Но, как ни странно, он не испытывал страха.

И тут неизвестно откуда вынырнула машина, водитель которой не побоялся сунуться в пекло перестрелки и спасти своего командира.

В поисках заветного «кука»

Российский турист в кубинской глубинке – большая экзотика. В Санта-Кларе, Камагуэе, Тринидаде полным-полно групп из Канады и Германии, но почти невозможно встретить наших соотечественников. Немножко Гаваны и пляжный отдых на Варадеро – вот, пожалуй, и все предпочтения россиян, отправляющихся на далёкий карибский остров.

Между тем посмотреть здесь есть что. Кубинская сторона, похоже, дорожит каждым гостем из-за рубежа. И если европейские пенсионеры колесят по Кубе на автобусах, то для туристов-одиночек из России, отважившихся проехать весь остров, арендуются такси.

Кубинские гиды настоятельно не советуют туристам пользоваться общественным транспортом. Впрочем, это ясно и без их советов. Фото Василия Вохмина. 

Я не раз наталкивался на настоящий взрыв ностальгического восторга, как только окружающие понимали, что перед ними – человек из России. И пусть эта демонстрация дружеских чувств, как правило, была не совсем бескорыстной, ощущать особое отношение к нашей стране было приятно.

...Возле уличного кафе в Сантьяго-де-Куба меня окликнул какой-то негр со стаканом рома в руке. Ответ – «извините, не понимаю» – тут же заставил подключиться к разговору с «русским» и других завсегдатаев заведения. Из их ломаных слов улавливаю, что передо мной – не обычный человек, а чемпион Кубы по боксу. Видя недоверие на моём лице, собеседник лезет в карман за своим «боксёрским» фото тридцатилетней давности.

Чемпион Кубы по боксу вспоминал о московской Олимпиаде и... сокрушался о трудной жизни своей семьи. Фото Василия Вохмина. 

Сцена – примерно как в фильме «Москва слезам не верит». Помните: некогда прославленный хоккеист Гурин демонстрирует в пивной недоверчивому посетителю значок и удостоверение?

Я фотографирую необычного собеседника, а он достаёт ручку и на ладони выводит: «1980, 60 кg». Так он ещё и участник московской Олимпиады? «Да-да», – кивают все вокруг, любуясь произведённым эффектом.

Боксёрское фото в руках героя спорта сменяется снимком его пятилетней дочери, а за восторженными воспоминаниями о Москве (насколько это можно было понять) идут сетования на полную лишений жизнь его большой семьи. Я никак не реагирую на пространный монолог и замечаю на лице своего собеседника досаду: «Ну какой же непонятливый этот русский!». Ужасно хочется дать хоть немного денег этому экспансивному кубинцу. Да, как назло, все мелкие купюры, которые были с утра в моём кармане, уже достались его не менее разговорчивым соотечественникам.

Мать и дочь. Фото Василия Вохмина. 

Три конвертируемых песо («кука») – водителю, который доставлял меня из аэропорта Сантьяго-де-Куба в отель (вообще-то все трансферы входят в стоимость тура, но на Кубе принято давать чаевые).

Ещё один – служащему гостиницы, который не только проводил гостя из России до номера, но и как бы невзначай упомянул о своей учёбе в Советском Союзе.

А ещё были экскурсия в старую крепость «Кастильо дел Морро» и купленные там сувениры. Торговцы оказались так приветливы и выразили такую готовность снизить цены «только для русского»!

Теперь вот участник московской Олимпиады, который не в состоянии прокормить семью, но находит деньги на спиртное в уличном кафе. Отчаявшись получить свой «кук», он протягивает мне в качестве сувенира кубинскую банкноту в три песо, на которой изображён Че Гевара.

Ни в одной стране мира полицейские не любят, когда их фотографируют. Фото Василия Вохмина. 

Три «деревянных» песо в обмен на три «конвертируемых»? Знаем, проходили. Не далее как пару часов назад я уже совершил такую сделку с кубинцами, которые вызвались провести для меня небольшую экскурсию по окрестностям отеля. И хотя мой «олимпийский» знакомый заслуживает скромное вознаграждение больше всех остальных, я вынужден его разочаровать: «Спасибо, не надо!».

Две валюты – два образа жизни

Хождение в одной стране двух денежных единиц иногда случалось в истории. Достаточно, например, вспомнить советский золотой червонец времён НЭПа, оказавшийся гораздо более устойчивым, чем рубль. Но опыт современной Кубы, похоже, не имеет прецедентов.

Это – две денежные системы в одной экономике, два разных товарных рынка и, если хотите, два образа жизни. Похожие на сараи продуктовые лавки, торгующие за обычные песо, и вполне современные супермаркеты, принимающие песо конвертируемые. Весьма убогий ассортимент в первых и довольно приличный выбор товаров во вторых.

На одной купюре достоинством в три песо – портрет Че Гевары. На другой, с таким же номиналом, – памятник Че Геваре, возвышающийся над его мавзолеем в городе Санта-Клара. Одними деньгами кубинское государство расплачивается со своими гражданами, другими (так называемыми «куками») обеспечивает иностранных туристов в обмен на доллары и евро. Покупательная способность конвертируемых банкнот (справа) в 25 раз выше, чем у «деревянных», а выбор товаров в валютных магазинах на порядок лучше, чем в обычных. 

Каждая кубинская семья прикреплена к определённому магазину (как вы догадываетесь, не из числа супермаркетов), в котором по символическим ценам за обычные песо может приобрести минимум продуктов: сахар, крупы, яйца, растительное масло... Если чего-то не хватает – можно прикупить ещё. Правда, цена при этом многократно возрастёт. Да к тому же многие продукты свободно можно приобрести только в валютных магазинах либо на рынке.

На одного человека в день положена небольшая булочка хлеба, которая обойдётся всего лишь в пять сентаво. Но если покупать такую же не по продуктовой книжке, то заплатить придётся уже 80. И так во всём.

Да, сухое молоко выдаётся детям до семи лет на Кубе почти бесплатно. Но если ребёнок постарше (или положенного количества продукта не хватило), заплатить придётся в 125 раз (!) больше – и только конвертируемые песо.

Конечно, любой кубинец может обменять деревянные деньги на конвертируемые. Но много ли купишь на 16-18 «куков» (читай – долларов), которым равняется средняя зарплата на Кубе?

В таких магазинах отпускают продукты за обычные (неконвертируемые) песо. Одному человеку в месяц полагается десяток яиц по символической цене. Если покупатель в норму не укладывается, тот же десяток обойдётся ему в 15 раз дороже. Фото Василия Вохмина. 

Латифундия под названием Куба

Бескрайние поля сахарного тростника. Ковыряющиеся в земле крестьяне. Дымящие вдали трубы «сахарного» завода. Возможно, братья Кастро стали бы «эффективными собственниками» этого обширного поместья, которое принадлежало их отцу. Но они предпочли с головой уйти в революцию.

Центр этой латифундии – Биран – превращён теперь в музей. И местный экскурсовод, рассказав о детстве Фиделя, показав его отчий дом и школу, разумеется, не откажется от нескольких совсем не революционных конвертируемых банкнот.

Лозунг у въезда в родную деревню Фиделя Кастро гласит: «У нас был и будет социализм». Фото Василия Вохмина.

Казалось бы, жизненный путь сыновей Анхеля Кастро опровергает все теории о предопределённости судьбы детей жизненными ценностями и стереотипами их родителей. Убеждённый франкист – и приверженцы идей Маркса и Ленина... Прижимистый плантатор – и бескорыстные романтики, всерьёз обсуждавшие когда-то идею отмены денег на Кубе... Но мне кажется, дон Анхель Кастро (хоть и не дожил до революции) вполне мог бы претендовать на лавры соавтора нынешнего строя. Давайте обратимся к фактам.

...Бедный испанец без гроша в кармане едет на Кубу в поисках лучшей жизни. Претерпя массу лишений, работая с утра до ночи, он упорно строит свою тростниковую империю на западе острова. К концу жизни площадь его латифундии достигает одиннадцати тысяч(!) гектаров. «Выскочка» из провинции Ориенте, само собой, вызывает смешанные чувства, но дружбу с ним не считает зазорной сам архиепископ Кубы.

Это здание в Биране – копия того, в котором 13 августа 1926 года родился Фидель Кастро (строение сгорело в 1954 году). Говорят, увидев новодел, вождь кубинской революции поразился тому, насколько точно воспроизведён его отчий дом. Фото Василия Вохмина. 

...Сын одного из кубинских плантаторов начинает карьеру адвоката в Гаване. Обладая незаурядным ораторским даром, он примыкает к популярной (но далёкой от коммунизма) политической партии. 10 марта 1952 года успевший надоесть Кубе Батиста вновь приходит к власти, и сын латифундиста понимает: тот, кто возглавит сопротивление диктатуре, станет следующим лидером Кубы. Он «расшибает себе лоб» о казармы Монкада, произносит на суде обличительную речь, а после амнистии отправляется в Мексику – готовиться к революции. Он путешествует по США, собирая деньги на дело «освобождения Кубы»; на ненадёжной яхте «Гранма» переплывает Карибское море и создаёт в горах Сьерра-Маэстра повстанческую армию. Наконец, Батиста повержен. И вот уже 54 года (в последнее время – без официальных постов) этот человек остаётся заметной величиной мировой политики.

Рассказывая о сметливости и деловой хватке дона Анхеля Кастро, гид привёл такой факт: отец Фиделя не рассчитывался со своими рабочими деньгами. Наёмные работники получали талоны, по которым могли отовариться в принадлежащих ему лавках по установленным хозяином ценам. Не знаю, почему, но в сознании мелькнула аналогия даже не с продуктовыми книжками рядовых кубинцев, а с конвертируемыми песо: за пределами Кубы они никакой ценности не имеют, но позволяют на острове отовариваться в магазинах, ассортимент и цены в которых диктует государство.

После смерти дона Анхеля вся семья собралась возле его сейфа, рассчитывая найти в нём немалые накопления. Однако взору родственников предстал... один доллар. Всё, что зарабатывал отец будущего вождя революции, он тут же вкладывал в дело, расширяя свою латифундию. При этом, выражаясь современным языком, совсем не заботился о диверсификации своих вложений. И случись дону Анхелю дожить до революции, он, безусловно, лишился бы единственного своего актива – земли.

Раньше эта земля принадлежала отцу Фиделя. Теперь всем тут заправляет государство. Но не похоже, чтобы это сильно облегчило труд крестьян. Фото Василия Вохмина. 

Казалось бы, какое отношение этот «отцовский алгоритм» может иметь к деятельности братьев Кастро? Какие такие активы они могли приобретать для латифундии под названием Куба, не заботясь о разнообразии своих вложений?

Не торопитесь! Активом могут быть не только акции и облигации, промышленные предприятия и земельные угодья. В широком смысле это – всё, что обеспечивает его владельцу постоянный приток средств.

Думаю, что для Кубы таким активом на протяжении трёх десятилетий была дружба с Советским Союзом. Сделав ставку на могущественную далёкую страну (предложив ей даже не сахар, а политическую лояльность и своё геополитическое положение), карибский остров получал взамен покровительство, машины, нефть, валюту... Сегодня никто точно не скажет, каким был размер советской помощи Кубе. Но по весьма приблизительным оценкам, она никак не могла быть меньше одной трети всего ВВП Кубы, а в денежном выражении составляла не менее шести миллиардов долларов в год.

Жители кубинской провинции не имеют привычки закрывать двери своих домов. И, как правило, взору туристов предстают весьма скромные интерьеры. Фото Василия Вохмина. 

Капиталистическая революция в Советском Союзе отобрала у кубинцев их единственный актив. Пожалуй, не Монкада и война с Батистой, не высадка американских наёмников на Плая-Хирон и Карибский кризис, а именно утрата щедрого покровителя (причём внезапная) стала самым тяжёлым моментом в жизни Фиделя.

Но он выкрутился и в этой ситуации.

Пешки в чужой игре

Машина неслась по шоссе в сторону находящегося на крайнем западе Кубы города Пинар-дель-Рио, когда гид указал на горную гряду, тянувшуюся справа:

–Там, в этих горах, в 62-м году были установлены ваши ракеты.

...Те тревожные дни не без оснований считаются самым опасным кризисом времён холодной войны. Но если весь мир ужаснулся близости ядерной катастрофы, то кубинцев шокировало ещё и осознание себя всего лишь пешками в чужой игре.

Лидер одной сверхдержавы решает «подправить» стратегический баланс на планете, отправив ракеты в Западное полушарие. Согласие кубинских друзей, разумеется, спрашивают, и они, разумеется, дают добро.

Лидер другой сверхдержавы не может потерпеть ядерное оружие противника в какой-нибудь сотне миль от своих берегов. Он вводит морскую блокаду острова и готов начать военное вторжение. Осознав серьёзность положения, «хозяин» ракет идёт на попятную: соглашается их вывести, но кубинцев даже не ставит в известность о принятом решении.

Переписка союзников высвечивает не только накал страстей, но и характеры действующих лиц. Вот Кастро 26 октября (кризис в самом разгаре) советует Хрущёву применить атомное оружие: «Советский Союз не должен допустить обстоятельств, в которых станет возможной первая ядерная атака империалистов».

Вот Хрущёв 30 октября (кризис уже разрешён, при этом мнение кубинцев никого не интересовало) даёт отповедь Фиделю: «Это было бы начало мировой ядерной войны... Я считаю Ваше предложение некорректным, хотя и понимаю Ваши мотивы».

И – настоящий взрыв раздражения и негодования из Гаваны 31 октября: «Не думаете ли Вы, товарищ Хрущёв, что Вы слишком эгоистично отнеслись к нам, к нашему щедрому и храброму народу, только из-за риска, с которым вы можете столкнуться?».

Впоследствии Фидель не раз признавал правильность действий Москвы, которая вывезла свои ракеты, но сохранила социализм на Кубе. Но одно дело – принимать чьи-то рациональные аргументы и другое – смиряться с собственным унижением. На уровне чувств автор знаменитой речи «История меня оправдает» и победитель Батисты, видимо, испытывает горечь до сих пор. И, общаясь с кубинцами, я понял, что это – общее настроение.

Но... Не будь того сложного момента, Фидель, возможно, никогда не появился бы в Свердловске. Стремясь загладить собственную бесцеремонность, Хрущёв пригласил Кастро в длительную (более месяца) поездку по СССР. А публичное обещание Кеннеди оставить Кубу в покое впервые позволило Фиделю покинуть остров на длительный срок.

...Термин, которым кубинский лидер награждал Соединённые Штаты в своих многочисленных речах и интервью – «северная империя». В отношении Советского Союза подобные определения не звучали никогда. Однако интеллектуал Кастро, конечно же, понимал, что советскую внешнюю политику диктует не только абстрактный пролетарский интернационализм.

В латиноамериканской вотчине США то и дело возникают режимы, исповедующие совсем не американские ценности. А из зоны советского влияния, как известно, «братские» восточноевропейские страны выскользнули сразу же, как только поняли, что им ничего за это не будет.

Симпатизирующие России Куба, Никарагуа, Венесуэла по странному стечению обстоятельств находятся на другой стороне земного шара. А считающие США светочем свободы бывшие «страны народной демократии» располагаются за тысячи миль от американского континента.

Империя – это не хорошо и не плохо. Империя – просто способ сосуществования больших масс людей. Но, по-видимому, дружить с таким государством-гигантом для мелких игроков мировой политики лучше всё-таки на расстоянии.

–У вас ведь сняли Хрущёва вскоре после той истории с ракетами, – продемонстрировал свою осведомлённость кубинский гид. – Он поставил мир на грань ядерной войны!

–Сняли, Вальдо, сняли... Но ракеты были только одной из причин.

Люди с разных планет

Газетные отчёты 1963 года отразили не только всеобщую эйфорию от встречи с героем революции, но и странную политическую конструкцию, сотворённую Никитой Сергеевичем в Советском Союзе.

Премьер-министра Кубы в Свердловске встречали и сопровождали первые секретари промышленного и сельского обкомов партии, председатели промышленного и сельского облисполкомов. И даже у комсомола в области было два начальника! А ещё, наряду с двуглавой партийной и советской властью, существовал Средне-Уральский совнархоз, председатель которого тоже присутствовал в официальной свите. Непримиримому антагонисту всякой бюрократии Фиделю Кастро, наверное, было непросто постичь эту аппаратную иерархию: кто кому подчиняется и кто, в конце концов, руководит областью.

Открытый и живой Фидель, ещё несколько лет назад бродивший с винтовкой в горах Сьерра-Маэстра, и застёгнутые на все пуговицы, безликие чиновники, главными добродетелями которых являются умеренность и аккуратность. Пламенный оратор, способный своими речами зажигать сотни тысяч людей, и косноязычные бюрократы, зачитывающие по бумажке какие-то казённые фразы о братстве и интернациональном долге. Гость и хозяева, безусловно, должны были чувствовать себя людьми с разных планет.

Газета «Уральский рабочий» отмечала, что встреча Фиделя с местным руководством отличалась исключительной искренностью, сердечностью и товарищеской непринуждённостью. Однако так ли это? Для лидера революции искренность, быть может, и была вполне естественной, а вот для представителей советской номенклатуры – не более, чем элементом политического этикета.

Известно, что прибыв после Свердловска в Ленинград, кубинский гость не сдержался и высказал всё, что думает по поводу устроенной в городе на Неве показухи. Но задумывался ли руководитель Острова свободы над тем, что засилье бюрократии – не случайность, а закономерность для страны, где почти всё принадлежит государству?

Совершая длительное турне по СССР, Фидель Кастро пытался заглянуть в будущее своей революции. Он, конечно же, хорошо улавливал не только светлые, но и теневые стороны советской действительности. Но с выбранного пути решил не сворачивать.

А для советских правителей триумф бородача с далёкого острова был тревожным звонком: совсем не по команде вышедшие на улицы сотни тысяч людей словно бы говорили власти, как близок им образ бесстрашного народного заступника и кого они считают истинным революционером.

Революция ни при чём?

В 1989 году, за полтора месяца до свержения Николае Чаушеску, я оказался в турпоездке по Румынии. Когда путь нашего автобуса лежал в красивый средневековый город Сибиу, экскурсовод не без умиления сообщила:

–Здесь первым секретарём является сын нашего президента. Приехав в Сибиу и увидев безобразия, которые творятся в магазинах, он приказал остановить машины с продовольствием, шедшие за границу. Ну, конечно же, получил нагоняй от отца.

..Усилия президентского отпрыска, тем не менее, никак не сказались на ассортименте торговых точек: в Сибиу, как и повсюду в Румынии, в магазинах не было ничего, кроме банок с консервированной капустой. Мяса мы не увидели даже на рынке. Впрочем, сильно ли отличалась тогдашняя советская действительность от румынских реалий?

...Либеральный реформатор Михаил Горбачёв, коммунистический диктатор Николае Чаушеску, пламенные революционеры братья Кастро... Все эти столь разные политические режимы объединяет одно: невероятные усилия, которые должен прилагать простой человек, чтобы обеспечить себя и свою семью элементарными вещами. Но люди приходят в этот мир совсем не для того, чтобы давиться в очередях за колбасой (как в позднем СССР), или, получив по карточке десяток яиц в месяц, за остальные платить в 15 раз дороже (именно так происходит на Кубе).

Михаил Горбачёв просто утратил власть. Николае Чаушеску был сметён волной народного гнева и расстрелян. Вождям кубинской революции, несмотря на весьма скромный уровень жизни подданных, удаётся сохранять лидерство уже более полувека. Фантастическая вещь: в сознании большинства кубинцев сложности бытия существуют сами по себе – они прочно отделены от деятельности легендарных революционеров, о которых говорят только с уважением. Как долго ещё просуществует эта стабильность? И каким образом преемники Фиделя и Рауля, лишённые героического ореола, будут выходить из этой ситуации? Неужели предпочтут ссылаться на американское торговое эмбарго как причину всех трудностей?

Прогуливаясь по одноэтажным узким улочкам Сантьяго-де-Куба, Баракоа и Санкти-Спиритуса, я видел совершенно свободных людей: что-то громко обсуждают домохозяйки, гоняют мяч мальчишки, азартно играют в домино старики. Настежь распахнуты двери чуть ли не каждого дома. Остров свободы...

Домино – любимая игра кубинцев. Подобные азартные компании можно встретить на каждом шагу. Фото Василия Вохмина. 

Но возможно ли даже тут освободиться от железных экономических законов? Если товаров мало, а цены на них фиксированы, то, естественно, никуда не исчезнут продуктовые карточки. Если государство обеспечивает зарплату 16-18 «куков» в месяц, то вряд ли кто-то будет выкладываться на службе. Тотальная справедливость по-кубински, увы, оборачивается тотальной экономической неэффективностью.

«Идеи не убьёшь!»

Сегодня почти до самой вершины Гран-Пиедро можно доехать на такси. Отсюда, с высоты 1234 метра, открывается великолепный вид на побережье Карибского моря, город Сантьяго-де-Куба и горы Сьерра-Маэстра.

В июле 1953 года пройти в эти дремучие места без помощи местного проводника было нельзя. И для Фиделя этот горный массив стал на несколько дней убежищем после неудачного штурма Монкады.

Спускаясь с гор, он и ещё двое бойцов набрели на заброшенную хижину, в которой тут же уснули от усталости. Шум, мощный удар в дверь и – винтовки, направленные на революционеров. По рассказу Фиделя, солдат Батисты просто трясло от ярости. Они порывались тут же пристрелить пленных, когда из-за их спин появился чернокожий лейтенант и скомандовал: «Не трогайте!». Унять разъярённую солдатню было сложно, но офицер несколько раз повторял: «Не стреляйте! Идеи не убьёшь! Идеи не убьёшь!».

Увидев, как держится этот человек, лидер повстанцев тихо сказал ему: «Лейтенант, я – Фидель Кастро». И услышал в ответ: «Никому это не говорите, никому!».

Лейтенант Педро Саррия усадил пленника в кабину армейского грузовика – между собой и водителем. А когда дорогу им преградили спецназовцы с автоматами, которые потребовали выдать захваченного, заявил, что сам отвезёт свой «трофей» в Сантьяго.

Затем ангел-хранитель Фиделя стороной объехал казармы Монкада и доставил пленников в гражданскую тюрьму, где они оказались под юрисдикцией суда. «Если бы он повёз меня в казармы, там меня разорвали бы на куски, – говорил Фидель в интервью Игнасио Рамоне. – Только представьте, как бы я там появился!».

В музее Монкады я видел портреты 61 убитого повстанца. Но только шестеро из них погибли в бою. Остальные, взятые в плен в разных местах и доставленные затем в крепость, стали жертвами страшных пыток.

Закопанные по грудь в землю бойцы Фиделя, которых использовали в качестве мишеней, и вырванный у Абеля Сантамария глаз, преподнесённый на допросе его сестре Айде – совсем не выдумка революционной пропаганды.

...Идеи не убьёшь! Идеи, за которые люди отдавали жизни, в любом случае заслуживают уважения. Но идеи, превратившиеся на долгие десятилетия в государственную идеологию, могут умереть сами.

Бабушка с сигарой – излюбленный сюжет кубинских уличных художников. Но увидеть такое можно не только на картинах. Фото Василия Вохмина. 

Революции – более полувека. По-прежнему собирается на свои форумы компартия Кубы. В комитетах защиты революции по-прежнему состоят сотни тысяч кубинцев. Сотни же тысяч по традиции выходят на манифестации 26 июля. Но соблюдая все революционные ритуалы, люди сегодня думают не столько о героях Монкады, не о социализме и капитализме, а о том, как решить свои насущные проблемы. И остров уже давно не живёт одной на всех революционной мечтой.

...Наша машина летела из Тринидада в Сьенфуэгос, когда взору открылось довольно неприятное зрелище: сотни, тысячи раздавленных крабов на автомобильном шоссе. И всё это – на довольно длинном отрезке дороги. Подобное происходит тут каждую весну, так как трасса пересекает пути миграции ракообразных из предгорий в Карибское море.

Эта экологическая катастрофа повторяется каждую весну: шоссе из Тринидада в Сьенфуэгос усеяно тысячами раздавленных крабов. Фото Василия Вохмина. 

Я попросил водителя остановиться и подошёл к облепившим придорожные заросли крабам. Они оказались не такими уж неповоротливыми – я с трудом извлёк палец из стремительно сомкнувшейся клешни. Если бы шоссе строили сейчас, то, возможно, приподняли бы этот участок над землёй, оставив этим в чём-то даже симпатичным существам пространство для прохода. Но дорога проложена давно. Перекрывать её на время миграции нереально. Прокладывать новую – накладно.

А крабы?.. У них свой, повторяющийся из года в год путь. И их манёвренности, разумеется, никогда не хватит, чтобы уворачиваться от летящих по дороге автомобилей. И никто, похоже, не знает, что со всем этим делать.

Областная газета Свердловской области
.