Темы дня

Без права на женское счастье: кто и на каких основаниях принимает решение о стерилизации?

Фото: Алексей Кунилов

Фото: Алексей Кунилов

Прошёл уже месяц после истории в Уктусском пансионате для престарелых и инвалидов, которая прогремела на всю страну. Несколько пациенток социального учреждения из Екатеринбурга опубликовали в социальных сетях видео, в котором обвинили его руководство в принудительной стерилизации, на которую женщин отправляли из-за того, что в пансионате было запрещено содержать детей. Ситуация вызвала настоящий переполох среди региональных чиновников: сразу несколько ведомств назначили служебные проверки по этим фактам. 

Давления не было?

Бывшая пациентка Уктусского пансионата Людмила Гусева рассказала в своём видеообращении, что в 2008 году её отправили на принудительную стерилизацию. Мотивировка, по её словам, была предельно простой – либо ты делаешь операцию, потому что в соцучреждении нельзя держать детей, либо мы переведём тебя в психоневрологический интернат, где условия жизни намного хуже. Наряду с Людмилой Гусевой о принудительной стерилизации заявили ещё несколько пациенток, которые попали туда из детских домов. Всего же, по данным министерства социальной политики Свердловской области, с 2006 по 2016 год стерилизацию в ЦГБ №20 прошли 15 женщин из Уктусского пансионата. В минсоцполитики обратили внимание на то, что процедуры были выполнены по медицинским показаниям: о каком-либо принуждении в официальном комментарии ведомства нет ни слова.

«Министерство социальной политики категорически не приемлет давления на проживающих в социальных учреждениях, – отметил министр социальной политики Свердловской области Андрей Злоказов. – Все попытки оказать давление на клиентов, в том числе обитателей пансионатов, категорически пресекаются. В соцзащите любое принуждение не должно иметь места – это факт. Лично я стараюсь всеми своими действиями изживать любую возможность возникновения фактов принуждения к чему бы то ни было».

Как выяснилось позже, руководство пансионата действительно предлагало женщинам пройти стерилизацию. В 2016 году несколько пациенток пожаловались на это уполномоченному по правам человека в Свердловской области Татьяне Мерзляковой. Она посетила соцучреждение вместе с сотрудниками общественной организации инвалидов «Клубный дом», которые рекомендовали отказаться от такого метода контрацепции. Видимо, приезд омбудсмена возымел своё действие: в 2017–2020 годах таких случаев не было.

После того как ситуация в Уктусском пансионате прогремела далеко за пределами Среднего Урала, региональное минсоцполитики и министерство здравоохранения Свердловской области назначили служебные проверки. Начальник отдела оказания медицинской помощи матерям и детям областного минздрава Наталья Зильбер сообщила «ОГ», что они ещё продолжаются – идёт работа с архивами, изучаются личные дела пациенток и медицинские документы, поэтому комментировать заявления женщин пока рано. К проверкам присоединились правоохранительные органы, которые должны дать юридическую оценку действиям администрации пансионата и ЦГБ №20. Аналогичное обращение к Генеральному прокурору России Игорю Краснову направила и заместитель председателя комитета Госдумы России по вопросам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина.

Дело 10 минут

С медицинской точки зрения женская стерилизация не представляет особой сложности для специалиста. Как пояснила заместитель главного врача по акушерству и гинекологии Областного перинатального центра Алёна Каюмова, выполняется эта операция по полису ОМС за счёт государства в любом гинекологическом отделении. Оперативное вмешательство имеет определённые риски, но в целом безопасно.

– Есть несколько вариантов проведения этой операции, – говорит профессор Уральского государственного медицинского университета доктор медицинских наук Евгений Глухов. – Самый современный – лапароскопическая хирургическая стерилизация. Её выполняют под общим наркозом. Врач делает два прокола в передней брюшной стенке, вводится оптика и с использованием специальных инструментов – хирургических энергий, колец, скобок или клипс – перевязываются маточные трубы, что делает невозможным возникновение беременности. В хороших руках операция занимает 10 минут.

Пройти стерилизацию по собственному желанию женщина может в нескольких случаях, но все они жёстко регламентируются федеральным законом от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Для граждан старше 35 лет или имеющих не менее двух детей операция возможна при отсутствии медицинских показаний, а при их наличии – по утверждению областного минсоцполитики, пациенток Уктусского пансионата стерилизовали именно по медпоказаниям – процедуру проводят независимо от возраста и числа детей. Но в любой из этих ситуаций на руках у врача должно быть добровольное согласие на операцию.

– Если у женщины тяжелая соматическая патология – опухоль головного мозга или порок сердца, и беременность ей противопоказана, тогда в медучреждении собирается консилиум в составе трёх человек: заместителя главного врача по акушерству и гинекологии, заведующего гинекологическим отделением и врача акушера-гинеколога, – объясняет Евгений Глухов. – Они знакомятся с результатами анализов, обследований пациентки и заключением профильного специалиста. При наличии медицинских показаний комиссия выдаёт ей заключение с полным клиническим диагнозом, заверенное подписями специалистов, и только после этого выполняется хирургическая стерилизация. Но без согласия пациентки проводить операцию никто не будет.

Аргумент о том, что в пансионатах негде держать детей, юристы считают несостоятельным: в исправительных колониях женщины спокойно рожают детей, которых потом воспитывают в домах ребёнка при спецучреждениях. Фото: Алексей Кунилов

Незаконные операции

По словам женщин из Уктусского пансионата, согласие на стерилизацию они дали под давлением работников соцучреждения. То есть, операция была принудительной. Такое тоже возможно, правда, только в отношении граждан, признанных недееспособными и страдающих психическими заболеваниями. Но решение об этом принимает исключительно суд, и то по заявлению опекуна.

– Проблема половой свободы лиц, находящихся в беспомощном состоянии, возникла в нашей стране в начале 2000-х годов, когда их права существенно ущемлялись, – говорит доцент Уральского государственного юридического университета, кандидат юридических наук Алёна Калёных. – Обычно руководители психоневрологических интернатов или пансионатов для инвалидов исходят из того, что их пациенты не всегда осознают характер совершаемых действий, и для женщин будет лучше, если администрация убережёт их от нежелательной беременности. Это бесчеловечное отношение, которое практиковали в фашистской Германии и до 1970-х годов в некоторых странах Европы и Америки.

Алёна Калёных добавляет, что без решения суда подобная операция однозначно признаётся незаконной и влечёт за собой уголовную ответственность для её организаторов и исполнителей. По сути, принудительная стерилизация – это умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, потому что женщина лишается способности к деторождению. За это врач может получить до восьми лет лишения свободы, а руководитель учреждения – за злоупотребление или превышение должностных полномочий – до четырёх лет.

– Такие прецеденты уже были в российском правосудии, – отмечает юрист. – Десять лет назад Ордынский районный суд Пермского края вынес приговор в отношении бывшего директора Озёрского психоневрологического интерната Григория Банникова, который в 2004–2007 годах допустил проведение незаконной медицинской стерилизации трёх недееспособных пациенток. По приговору суда ему назначили два года лишения свободы условно.

Ещё один аргумент, который используют для принудительной стерилизации, – невозможность совместного проживания матери и новорождённого ребёнка, хотя норма об этом закреплена в Семейном кодексе РФ и в международной Конвенции о правах ребёнка. Во время встречи с пациентами Уктусского пансионата 20 октября Татьяна Мерзлякова заметила, что в случае деторождения в соцучреждениях действительно нет такого понятия как проживание с детьми – они предназначены для престарелых и инвалидов. Эту проблему нужно решать на общероссийском уровне: в федеральном законодательстве на этот счёт ничего не сказано, а отдать ребёнка в детский дом, если мать не лишена родительских прав, органы опеки не могут.

– В качестве возможного варианта можно использовать опыт исправительных колоний, где отбывают наказание беременные женщины и женщины с детьми до трёх лет, – отмечает Алёна Калёных. – При этих спецучреждениях созданы дома ребёнка, и в некоторых случаях администрация разрешает совместное проживание матери и ребёнка, если у него нет других родственников.

***

«Облгазета» пыталась связаться с руководством Уктусского пансионата, чтобы узнать их точку зрения на произошедшее, но на наши звонки они так и не ответили.

Чем закончится история в Уктусском пансионате, ещё не ясно. Татьяна Мерзлякова на встрече с губернатором Свердловской области Евгением Куйвашевым сообщила, что Людмиле Гусевой и другим женщинам могут провести процедуру экстракорпорального оплодотворения, когда они захотят забеременеть, – квоты в областном бюджете на это есть. Выходит очень странно: сначала за государственный счёт женщинам сделали стерилизацию, а сейчас это будут исправлять.

Подготовлено в соответствии с критериями, утверждёнными приказом Департамента информационной политики Свердловской области от 09.01.2018 №1 «Об утверждении критериев отнесения информационных материалов, публикуемых государственными учреждениями Свердловской области, в отношении которых функции и полномочия учредителя осуществляет Департамент информационной политики Свердловской области, к социально значимой информации».

  • Опубликовано в №217 от 20.11.2020 под заголовком «Без права на женское счастье?»
Областная газета Свердловской области