Темы дня

15 снимков, запечатлевших эпоху

Деревенское «пирожное» — хлеб с конфетками. Снимок сделан в 1998 году на станции «Михайловскй завод». Фото: Станислав Савин

Деревенское «пирожное» — хлеб с конфетками. Снимок сделан в 1998 году на станции «Михайловскй завод». Фото: Станислав Савин

Сегодня в Екатеринбурге возле Главпочтамта открывается первая выставка из цикла «Объективый взгляд»: в рамках этого проекта все жители и гости города смогут увидеть лучшие снимки фотокорреспондентов «Областной газеты». Первая серия посвящена самому опытному фотографу «ОГ» – Станиславу Савину.

Досье «ОГ»

  • Станислав Савин родился 23 декабря 1954 года в Свердловске. После окончания школы проходил службу в Ракетных войсках стратегического назначения. До того как стать фотокорреспондентом, несколько лет был водителем «скорой помощи». Как фотокор работал (помимо «ОГ») в газетах «Военный железнодорожник», «Главный проспект», сотрудничал с агентствами ИТАР-ТАСС, РИА «Новости», «Ассошиэйтед пресс». Лауреат всероссийского конкурса «Юморина». В «Областной газете» – почти 20 лет (с 1996-го).
  • Фото: Александр Мамаев

– Первый раз фотоаппарат я взял в руки в девять лет, – рассказывает Станислав Викторович. – Это был отцовский фотоаппарат «Любитель», такой широкоформатный, с двумя объективами. Солидная техника – 12 кадров, негатив размером 6 на 6 сантиметров. Я приехал в деревню к бабушке, посадил на завалинку её и её подружек, сделал кадр… Они давай спрашивать: «А фотографии когда?» Потом, после бабушек, мне попалась корова. Она чуть не выбила у меня фотоаппарат… Затем меня привлёк жучок, томаты… В общем, 12 кадров моментально закончились. Приехал домой. В подполье у нас была фотолаборатория – мы с отцом проявили снимки… Бабушки получились хорошо, а остальные – мутновато, как ёжики в тумане…

– Первым удачным кадром у вас стал снимок людей. И в газете вас сейчас ценят прежде всего как порт­ретиста…

– Да, я, как и многие фотографы, люблю снимать людей. Только не «на паспорт», а живые, эмоциональные кадры. Люблю, когда человек не думает о фотографе, занят своим повседневным делом. Тогда он всегда великолепно получается. В противном случае выходят снимки из разряда «Скажите сыыыр».

– Есть какие-то приёмы, чтобы расшевелить человека, если он замер и в камеру смотрит?

– Есть. Говорю: «Ой, давайте я вас сфотографирую на паспорт – три на четыре. Но с ногами. Человек удивляется – как это? С ногами? Три на четыре? И уже хоть какую-то эмоцию выдаёт. Или вот когда, например, все встали для группового фото. Замерли. Я говорю: «Уу, ребята. Да вы не дышите. Вы же сейчас упадёте замертво, и это ваша будет последняя фотография». Люди как-то оживают, начинают смеяться, двигаться… И здесь я их – щёлк…

Между социализмом и капитализмом. Екатеринбург, 1 мая 1995 года. Фото Станислава Савина

– Когда вы поняли, что фотография – это не просто хобби, а профессия?

– Лет в 14. Но шёл к этому ещё 14 лет… Сначала я закончил курсы бытовых фотографов, и моим первым местом работы было бюро выездных фотографов – было такое подразделение в городской службе быта. Новички начинали почти всегда со съёмок похорон. Во-первых, там никто не шевелится (смеётся). Во-вторых, там понятно, что и как снимать – это совершенно шаблонная съёмка. После были заказы сделать стенды для заводов… А потом началась смена профсоюзных билетов. А поскольку предприятий было много, то и заказов было много. Приходил и дня три на одном предприятии снимал портреты на профсоюзные билеты. Потом у меня один товарищ открыл салон возле Водонапорной башни. Мы летом там снимали людей на фоне города… А затем судьба занесла меня в газету. Первая газета, в которой я работал, называлась «Главный проспект». Газета была культурно ориентированной – мы на все выставки ходили, на концерты. И с этого момента я постоянно работал с журналистами. В «Областную газету» я попал в 1996 году: туда перешёл редактор «Главного проспекта» и позвал меня с собой… Да я и сам очень хотел. Здесь уровень сильнее.

– И как это – работать с журналистами?

– Гораздо интереснее, чем на профсоюзный билет снимать (улыбается). Тут ты создаёшь образ, который будет работать вместе с текстом. Бывает, конечно, я на журналистов немного ругаюсь… Просто очень не люблю, когда они не могут сформулировать точную задачу. «Принеси, говорят, то, сам ещё пока точно не знаю что». А в целом вместе с журналистом работать над идеей, над восприятием материала – это настоящая творческая работа. Не люблю я только два момента. Когда фотографии не печатают и когда журналист формально подходит к делу. Если ему неинтересно, тогда и у меня редко получаются сильные кадры.

– Сейчас у каждого журналиста есть свой фотоаппарат. Да и качество большинства телефонов позволяет сделать приемлемые снимки… не боитесь, что фотографы вдруг станут не нужны?

– Не боюсь. В каждой профессии есть свои секреты, и чтобы их понять, нужен опыт, время, силы… Видели, как люди возле какой-нибудь достопримечательности фотографируются? Встают к подножию памятника. Что получается? Крупно памятник и человек с головку спички. Таким фотографиям обязательно нужна подпись: «А вон та, маленькая, – это Маша, её не видно, но это точно она!». А я знаю, что надо отойти от памятника, встать подальше, тогда и памятник получится, и человек будет крупным… Да и техника не всесильна. В советское время на наших фотоаппаратах надо было вручную взвести затвор, навести резкость, нажать затвор… А в Японии уже были фотоаппараты с моторчиком. Но советская фотография была лучше. Почему? Потому что нужно было думать, прежде чем снимать. Были фотографы, которые, прежде чем снимать, рисовали схему кадра…. А сейчас достаточно знать, где кнопка. И всё – шпарь пятьсот снимков, один-то из них наверняка получится.

– Бывает, что в выходные дни снимаете просто так, для души?

– В последнее время всё реже. В свободное время занимаюсь другими делами, дачей, например. С фотоаппаратом надо не просто гулять, надо поставить цель, дождаться нужного света, погоды…

– Вы снимали и жизнь простых людей на селе, и первых лиц государств…

– Да. И первую леди Америки, Хиллари Клинтон, фотографировал, и простую колхозницу, многодетную мать… Клинтон я снимал на званом обеде. А колхозница на обед принесла хлеб и пирожное. Пирожное – это точно такой же хлеб, просто в нём – конфетки, «Дунькина радость». И я не знаю, кому отдать предпочтение. Для меня обе эти женщины – одинаково важные люди…

Областная газета Свердловской области